К вопросу о феномене Крыма
Нет на свете такого человека, кто бы, познакомившись с Крымом, не потянулся бы к нему душой и сердцем, не мечтал бы сюда вернуться, даже навсегда. Это сказано не ради красного словца! Крымчане говорят, что наша природа не имеет себе равных, особенно впечатляет небо во все времена года, в разное время суток, в любую погоду.
Надо сказать, в природе Крыма повторяется все земное. Можно здесь увидеть и узнать уголки Италии, Греции, Испании, прерий Техаса, песков Каракумов, болотистой Шотландии или таинственных лесов Болгарии, и еt сеtеrа, как говорили римляне, имея в виду, что много перечислять. Недаром же у творческих людей Крым – мир в миниатюре. А сколько здесь создано произведений литературы и искусства! Стихи, проза, пьесы, сценарии, живопись, скульптура, этнография…
Почти все исторические и сказочные, комедийные и приключенческие советские кинофильмы хранят в себе виды крымской природы, натуры – на сленге киношников.
Загадочность Крыма присутствует во всем. Взять хотя бы температуру воздуха, она разная в близкорасположенных местах, в степи, в горах, на ЮБК. Факт, удивляющий иностранных специалистов. Так же выпадение осадков. Бывает, что буквально два шага отделяют фронт проливного дождя от сухого места.
А фактор естественного освещения? Оно же сущее наказание для кинооператоров! Когда снимали на кинопленку типа «Свема», «Тасма», даже «Кодак», трудно было добиться профессионального «интегрально», да еще зелень лезла. «Зелень» – это когда краски природы на кинопленке (или фото) теряют радужный спектр, когда преобладают блеклые и зеленые тона. Впрочем, и сейчас у профессионалов картинка крымской природы не блещет. Почему так? Ведь же соблюдаются осветительные и операторские нормы, и сверх того, по принципу «на всякий случай», а крымская природа как бы не признает их творческие секреты. Ну, наверное, потому что кинематографисты относятся к Крыму как к обычной съемочной площадке, а Крым явно не желает служить натурой в лицедейских действах, причем далеких от его высокой ментальности.
Словом, много чего есть у Крыма, что «и не снилось нашим мудрецам».
Плохо, что хватает разных сообществ, кто, прикрываясь политическими и религиозными лозунгами, бьет себя в грудь, что они для Крыма созданы, а Крым создан для них. Кому-то хочется здесь устроить арену националистских разборок. Заносят человеческий разум на пик крайности! Но мы никогда не думали, что найдутся такие деятели, кто оскорбит само «имя Крыма»…
В «Альманахе» 15 скандинавских кроссвордов» от 10.07.2009 г., №3306, есть кроссворд №16, в котором задан вопросик «Винный погреб Украины?» Ответ дан в конце – «Крым».
Вы скажете, кроссворды – не литература, нечего внимания обращать? Но ведь десятки тысяч людей их разгадывают, что они подумают, что так и надо? Раз гл. редактор того альманаха г-жа Т. Рыбальская знает Крым как «винный погреб Украины», то это – литературная норма?
Люди добрые, не норма это и не ляпсус, а то, что называется волюнтаризмом, а по-русски – игнорирование объективно существующего условия, произвольное решение. Так вот, специально для тех, кто знает Крым как «винный погреб», сообщаем. Большинство крымчан само название «Крым» соизмеряют с такими высокими понятиями, как «кремль, кромлех, кремень», называя Крым Священной землей (напр., Валерия Котелева из Феодосии).
Вот даже в очертаниях Крымского п-ва обнаружили сакральную символику. Хотя же еще в 70-е годы прошлого века в кругах молодых аматоров (так называли любителей всего нетрадиционного) говорили, что если поворачивать карту Крыма, можно разглядеть в нем морскую раковину Ихтиандра, скифский акинак в ножнах или фигуру гиперборейца Абариса верхом на волшебной стреле.
Но больше всего полуостров похож на птицу, причем, если смотреть на карту, так сказать, со стороны Украины, эта птица (говорят, что утка) сидит в гнезде. В обычном же положении карты птица-Крым летит над морем. Голова ее – Керченский п-ов. Тарханкут и север Крыма – могучие сложенные вместе крылья. Центр и ЮБК вплоть до Гераклейского п-ва – ее туловище и лапы. Кто в птице-Крым видит аиста, кто лебедя, кто, опять же, утку. У нас на этот счет другое мнение, о чем будем говорить дальше.
Об уникальной притягательности Крыма много чего сказано и написано, и часто акцент в дискуссиях переводят на его особую ментальность. Есть кое-какие сведения, что основы герметических знаний зародились в древнем Крыму. Считывая с информационного поля Земли эти сокровенные тайны, авангард идеалистов Крыма делает все, чтобы превратить его в своего рода Университет духовных теорий и практик, называя древнюю нашу землю, например, Священным Городом (авт. Саошиант), Открытой Шамбалой (авт. астролог Андрей Андреев) или Островом Девы (авт. Ольга Афанасьева). Авангардисты Крыма знают, что Бог весть с каких времен остались в Крыму тысячи культовых мест, святилищ, алтарей, древних храмов. Сам Крым – огромное сакральное святилище. Мы только добавим, что он был и продолжает быть в Хрониках Акаши религиозно-культовым комплексом, именуемым Храмом Мира, а в древнеиндийском эпосе (Ведах, «Махабхарате») – страной Меру.
Скажем так: истинно, он был создан матушкой Землей Храмом Мира, поэтому он как богатая вместительная или тесная усадьба, которую никак не могут поделить разного рода заявители, быть никак не может. Понятно, что «усадьба» – это собирательный образ приватного жилья и вещизма. Крым же никогда никому лично не принадлежал, как этот собирательный образ, поскольку был священным местом, где стародавние паломники посвящали себя знаниям, культам, где главенствовали Любовь, Надежда, Вера (пусть и в рамках жестоких обычаев), где общались с духами природы, познавали тайны Вселенной.
О стране Меру мы писали в 2005 г. («ТД», № 23, «Где протекала ведийская Раса?»), впервые затронув тему о крымском «адресе» этой загадочной, полумифической страны, существовавшей 6 тысяч лет назад. Сегодня мы продолжаем эту интереснейшую тему, пополнив ее новыми открытиями, расшифровкой в топонимике Крыма, корнями уходящей в его древнеарийское прошлое.
Гори, гори красно!
Помните, совсем недавно мы, граждане постсоветского пространства (термин-паразит), впервые увидели на улицах и в парках наших городов группы молодежи, вычурно экипированные, которые пели, кто грамотно, кто не очень, непривычное нашему слуху: «Харе, харе, Кришна! Харе, харе, Рама!» В Одессе приходилось часто наблюдать их, называвших себя кришнаитами. Какая-то старушка открещивалась от них, как от нечистой силы, приговаривая: «Свят, свят, свят!» Советской закалки люди ну никак не понимали и не могли, в силу особого идеологического воспитания, понять, что шарахаются они от своего же древнего наследия, как, наверняка, молодые кришнаиты не знали, что означают магические слова «харе, харе» «свят, свят, свят». Они пели гимны богам Кришне, Раме, подражая кто индусским общинам, кто вновь рожденным ведическим религиям, кто просто отдавая дань моде на все необычное, загадочное.
Это сейчас, спустя почти два десятилетия, когда выросло новое поколение молодежи, никого не удивишь разного рода заявлениями и открытиями, ну, например, что Кришна, он еще и древнерусское божество Кросно, Крисно (т.е. Род), которого на Свароговой Руси больше знали как бога Солнца и весны Хорса. Ему были посвящены многие языческие праздники, а самый главный назывался Хросалиями. Форма имени «Крисно» дала жизнь словам «крестный, крестить, красный». «Хоре» родило любимое словцо Крохи – «хорошо!»
Мантра «Харе, харе, Кришна!» идентична заклинанию «Гори, гори красно! Гори, гори ясно!» «Хари», или «гари» переводятся как «слава», а в русском «гари» – команда огню гореть, что отражает то же величание, ту же славу одному и тому же божеству – красноликому Кришне – Хорсу. Восклицание «Сватха!», сказанное трижды, одного смысла и происхождения, что и бабушкино «свят, свят, свят!»
В те годы бум на индоарийские схожести в языках – русском, украинском, белорусском и санскрите – как раз нарастал. Пионеры сенсаций торопились сообщить всему миру об открытиях языковедов. Те, кому были интересны тайны родного языка, не ограничивались избитыми параллелями, искали другие и находили. Как, впрочем, и мы обратили внимание на имена из книг Горец, Рамаяна, Махабхарата. Скажем, ракшас Кабандха (объясняют с санскр. как «бочка»), а точнее, это – кабаний дух. Его садовница Малини? Малина, конечно, вкусная целебная ягода.
Не нуждаются в особом переводе такие имена данавов (асов), как некто Прахлада (прохлада), Насика (носатый), Тваштар (творец), Титиря (тетерев), Намучи (мученик).
Знаменитое прозвище Кришны – Говинда (Пастырь) однокоренное со словом «говение, говеться», т.е. не есть животную пищу, в первую очередь, говядину.
Имя Шраддха (тризна, жертва) – отражение слова «сладкая» (поминальный обряд). Тумбуру (бубен) суть тамбурин. Сухотра (благая жертва) – сухотка, по сути своей.
Читать по-русски древнеиндийские термины можно даже, не зная законов лингвистического анализа, главное – присмотреться к пояснительным словам и найти тому синоним. Допустим, Шьямака – просо. А синоним к «просо»? Конечно же, семя. Оно похоже на Шьяма, как и на имя Сема, Семен.
Благоприятный день – это Судиватанди: су, дивата, нди. Прочтем как «удивительный день». Каркотака, объясняемое «царь змей, наг или рак», на самом деле – каракатица.
Русское «толочиться, толчиться, толкаться на месте» на санскрите было «талачара» и обозначало толпу кочевников. А само «толпа, стадо», именуемое как «шардхья», отражает действие, производимое ногами, – «шархать». С таким же корнем некое восьминогое животное Шарабха не только «шарит, шуршит, шарбхает», но и «царапается» (Царапка).
А вот кто догадается без всякого языкового анализа, что скрывает прозвище бога Сомы – Шашанка? Согласно толкованию, это эпитет «имеющего знак зайца». Чтобы разобраться со знаком зайца, используем ассоциативное мышление, зная, что Сома – прозвание месяца. Месяц в виде лодочки – это символ рогов и «развесистых» ушей. Рогов у зайца нет, но уши еще те! Согласно такому осмыслению, становится понятно, что Шашанка суть «ушанка». Попросту говоря, меховая шапка с заячьими ушами – сугубо русский мужской головной убор, а скажем так – национальная гордость древ. ария, позаимствованная многими восточными неарийскими народами.
Трудно оторваться от столь занимательной лингвистики, примеры сравнений можно приводить сколько угодно, но вернемся к стране Меру, которую мы назвали Семизвездье. Надеемся, что его таинственный свет прольется на загадочную ментальность Крыма, на его феномен бесконечно притягивать к себе людские души.
На чем ты стоишь?
В своей статье четырехлетней давности страну Меру мы представили религиозно-культовым святилищем, располагавшимся на территории горного Крыма, состоявшим из материнских обителей, что со временем в дрнвнеиндийской философии превратилось в огромные земные материки. Их было семь, согласно Ведам, окруженных «кольцами воды». Надо понимать, заливами, реками, озерами, болотистыми местами. Во дни жизни Семизвездья вода, остававшаяся после Потопа в низинах горного Крыма, сформировала его облик Страны островов. Конечно, островов было побольше семи, но ведь семерка отражает суть земного и космического начал, к тому же является символикой страны Меру.
Сам по себе комплекс этих обителей – уже есть природный Храм, в котором священные объекты: гора Меру и река Раса – считаются мировыми, находящимися на родине индоариев, а именно, в Крыму.
Обычно, авторы всех имеющихся гипотез о Семизвездье, снаряжая свои мысли-скакуны на поиски прародины ариев, рассуждают как ученики у карты: вот тут была гора Меру, вот тут – река Раса. А куда же подевались «семь материков» и прочий сакральный антураж страны Меру? Ни в одной гипотезе ответа на это нет, поэтому так неубедительно звучат уральская, арктическая, нордическая и прочие гипотезы о Меру. А последователи этих гипотез занимаются скучным занятием – переписывают чужие ошибки.
Кто-то когда-то застолбил межу с надписью «строго на север» и с тех пор даже в серьезных книгах пишут, что-де в текстах «Махабхараты» описывается арктическая родина индоариев. В доказательство приводят сообщения о Полярной звезде, о поясе незаходящих созвездий, о Северном сиянии и т.п.
Мы изучили тексты эпоса разных переводов и, знаете, ничего арктического в них не нашли, зато убедились в виртуозности наших толкователей: они читают «Махабхарату» глазами академиков 70-80 гг.
Ради интереса прочтем вместе вот эти строки из эпоса: «Омывает Меру Молочное море, которое периодически замерзает». Ну разве подходит слово «периодически» (от случая к случаю, бывает, что частенько) к климату Арктики, тем более тех времен? А был тогда «малый ледниковый период». Делайте вывод: или нарушать исторические данные эпоса, не видеть слова «периодически», или твердо заявить: «Арктика здесь ни при чем!»
Следующие данные: «К северу от Меру бежит Белый остров (Шведатвипа)…» Где может находиться север в точке Северного полюса? Ответ прост: в любой стороне, т.е. практически нигде. А в эпосе говорится о конкретной стороне света. Так, если белый остров был на севере от Меру, то сам Меру находился южнее? А значит, нечего его размещать в центре «макушки» Земли.
Ошибки (ставшие классическими!) в гипотезах о стране Меру появились, потому что неправильно понимают определения «север» и «пуп Земли».
Трудно разобраться, где на самом деле этот «пуп Земли», столько о нем версий. Истина же лежит на поверхности философских рассуждений, узнать ее можно с помощью ассоциаций. Возьмем в качестве образца русскую матрешку. Самая маленькая обозначает у нас человека молящегося. Ставим его на видное место.
Так вот, «пуп Земли» всегда там, где есть молящийся человек! Он – пуп планеты. Он молится, как правило, в культовом здании. Но, в основном, или дома (домашний алтарь), или на природе. Объект, где находится молящийся человек, сам по себе – Храм – это наша средняя фигурка матрешки. А крупная олицетворяет землю, где стоит Храм, в котором молится человек. Поэтому абсолютно бесполезен спор, где именно находится «пуп Земли», поскольку этот «пуп», повторяем, – сам человек, совершающий ритуал согласно своей религии. Собрание молящихся людей воспринимается как одно целое, оно тоже – «пуп Земли» в представлении индивидуума.
Но когда говорят о зарождении индоарийских верований, о возрождении допотопных культовых традиций, что происходило в стране Меру, то «пупом Земли» надо называть Храм Мира. Он для древнего арийца был огромной величиной, сопоставимой с беспредельным Космосом, а Космос подменить он мог, опять же, собой. Он был некая центральная точка, от которой отслеживали четыре стороны света. Он был центром крестообразной фигуры, ее стержнем, а, безусловно, только в местах Силы проводился культовый обряд, ну, например, «стояние столбом». Обряд назывался «умерщвлением плоти» и относился к йоге, о чем говорит «Махабхарата», упоминая, к примеру, богиню Мритью. Совершая обряд, она стояла столбом 15 тысяч миллионов лет, причем на одной ноге (другой обычно упиралась во внутреннюю часть бедра, строго под прямым углом).
Трудно сказать, что именно подразумевает фантастическое число «15 тысяч миллионов лет», только не человеко-годы, конечно. Число относится к разряду мифологических божественных чисел, где самое уникальное – «День (Ночь) Брахмы» – 1000х12000. Сумма с шестью нулями у наших предков была сакральным числом, как и прочие огромные цифры, а у потомков (наших современников) превратились они в предмет расчетов и доказательств утопического толка. Цифры с паровозиком нулей ничего не объясняют: ни то, когда зачались на Земле цивилизации, ни то, когда им конец. Алатуны и юги не принадлежат нашему философскому осмыслению, им место в архиве Памяти Хроник Акаши, откуда их «берут» изучать как достояние прошлых наработок, а не как руководство по составлению завтрашнего календаря.
Возвращаясь к «15 тысячам миллионов лет» богини Мритью, скажем, что цифра эта перво-наперво обозначала силу воли, силу терпения в ритуале «умерщвления плоти». Приравнивалась такая выдержка к крепости камня. Человек уподоблялся камню, его свойствам. Он был уже не человек, а кремень. Это – лицевая сторона ритуала. На оборотной же – камень заменял человека.
В древних книгах русского народа (Книга Жизни, Голубиная книга) говорится, что наши предки произошли от «камени коренного». Когда духобора (старообрядца) спрашивают: «На чем ты стоишь?», имея в виду испытать силу духа и веры, он отвечает словесной формулой, которую нельзя изменять: «На камени коренном».
Человек уподобляется камню, камень олицетворяет человека – взаимосвязь очевидна. Согласно старорусским верованиям, камень коренной находится «посреди земли» и представляет собой Святые Горы.
Цепочка сакральных величин: человек – камень коренной – Святые Горы у духоборов, например, выражена Духом. Дух – он глубина поднебесная. А глубина, всем известно, – эквивалент пространства, мир энергий, в котором обретается «все сущее и не сущее». В ведической философии глубина тождественна северу, понятие которого подменяет собой все стороны света, в том числе точку центра, от которого эти стороны отслеживают. Модулируя собой глубину – пространство, север превращается в сакральную величину, она же вмещает в себя понятия «Святые Горы» – «камень коренной» – «человек», т.е. от большого к малому, оставаясь при этом великим. Следовательно, «север» – уже имя собственное, однокоренное со словами «свят, свет» и является Пупом Земли.
Так и хочется сказать: «В разобранном состоянии, как матрешка, человек – он все по отдельности: сам «Я», камень коренной, Святые Горы, то есть – величины разные, материальные, осязаемые.
В собранном состоянии, как самая большая матрешка, человек един, вобравший в себя все значимые величины, и воспринимается как божественный Дух, неосязаемый, пространственный, глубинный.
В ранней ведической религии эта духовная истина есть Сива (согласно совр. русскому наречию) или древнеиндийский Шива.
В браманической троице, как и в старообрядческой православной, где Брама-созидатель соответствует Богу-высоте, Вишну-хранитель – Сыну-широте, Шива-разрушитель, на первый взгляд, не тождественен Духу святому. Но это не так. Философия браманизма, называя Шиву разрушителем, подразумевает его как освободителя Духа. Разрушая материальные грубые формы, Шива выпускает Дух на свободу, в пространство-глубину, поэтому Шиву можно смело назвать Духом святым.
Имя «Шива» часто трактуют как «Жива», забывая при этом, что согласные С-З, Ш-С, Ш-Ж выделяются только в устной речи и все зависит от контекста, какой смысл вкладывают в написание. Например, если «Шива» – «Благой»,то ближе трактовка «Жива». Если Он – «разрушитель», то напиши «Сива».
Говоря о Шиве как о Духе святом, должно употреблять форму «Сива», «Съва», ибо это есть сакральная величина «север». Всегда надо помнить, что север – не просто сторона света, а имя Духа божественного, ипостась Пупа Земли, кто Един в трех лицах: Святые Горы – камень коренной – человек.
Может, кому-то все это трудно понять, тогда скажем так: в эпосе индоариев гора Меру как камень коренной (Храм Камня) находилась в центре страны Меру (или Белого острова, или Беловодья, или Шамбалы), а страна эта, в свою очередь, располагалась в центре Земли, знаменуя собой ее Пуп. Эта земля на планете Земля ныне называется Крым.
Тамара и Виктор Плак
с. Абрикосовка Ленинского р-на
(Продолжение следует)
Метки: Тамара и Виктор Плак, №23/2009
Мотивирующий пост